- Текст: непосредственный// рассказы. - Москва: Альпина Паблишер. Дети, 2024. – С.63-89.
«Мой забавный дядя никогда не ходил на работу в офис, чтобы в 10:00 усаживаться за монитор и, словно пианист по нотам, что-то в течение восьми часов печатать на компьютере. Мама шутила, что он бы с удовольствием ходил в университет учиться, но его уже никуда не пускают, так как он везде успел получить дипломы. Сколько я помню себя и дядю, вместо работы у него всегда были ВАЖНЫЕ ДЕЛА. «Он сделал какое-то великое научное открытие и теперь живёт на проценты», - обычно чуть шёпотом объясняла мама подругам, которые приходили посмотреть на чудо-дядю. 
Этим изобретением был «логический дискретный замедлитель» - дядя Ши даже показывал мне сертификат и документ о том, что замедлитель запатентован и принадлежит ему. Аппарат останавливал ход мыслей в голове, мысли от него переставали ссориться и перебивать друг друга, и человеку становилось легче работать, смотреть фильмы и засыпать. В Германии, говорил дядя, его даже признали лучшим изобретателем 2016 года, и с тех пор он мог заниматься ДЕЙСТВИТЕЛЬНО важными для него делами и не работать. Например:
Искать закономерности в изгибах улыбок.
Писать списки подарков на Новый год с весны.
Готовить выставку для снеговиков и снежных баб.
Ходить в кино.
Рисовать портреты аквариумных рыб.
Записывать случайные высказывания женщин в магазинах.
Находить пары потерявшимся носкам и устраивать для них киноклубы.
Ставить эксперименты на соседской кошке Мусе и писать с ней в соавторстве книгу».

- Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Альпина Паблишер. Дети, 2024. – С.235-255.
«- Папа! – заорал я.- Смотри, смотри! Дино!
- Угу… - отозвался папа, озираясь.- Слушай, а тут просто нереально круто, да?
Да, тут было нереально круто. Только почему-то не было машины времени. Наверное, её угнали. Всё-таки десять лет дом стоял без присмотра. Это было обидно, хоть плачь.
- Пойдём всю коллекцию рассмотрим, - предложил папа.
Мы стали знакомиться с коллекцией. Тут было много всего. И заготовки из дерева и гипса, и готовые бронзовые вещицы. Подсвечники и пиалы, сосуды и чаши, и фигурки животных, и даже колокольчики. Но лучше всех были динозавры.
- Красавцы! – залюбовался папа. – Просто волшебство какое-то, да?»
«Папа схватился за мобилку и принялся снимать Мирку и всё вокруг. Мама обернулась, увидела чудо и замерла. А Мирослава стояла и стояла себе спокойно, и мне вдруг показалось, что за её спиной лёгкой бронзовой птицей скользнула тень нашего прадедушки.
Всем нам было без слов ясно: мы, конечно, через неделю уедем. Но будем возвращаться сюда ещё много, много раз».

- Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Альпина Паблишер. Дети, 2024. – С.213-234.
«А папа тихонько поднялся с кресла… Кажется уснула.
- Вот что за чепуху ты Анюте на ночь рассказываешь? – шёпотом проворчала мама. Какие-то Чудинги-Пудинги, какие-то переодетые рыцари и странные короли… Есть же нормальные сказки про нормальных принцесс. Золушка там, Белоснежка. Вот какую пользу она вынесет из всей этой пёстрой нелепой истории? Розовая чепуха какая-то. Без всякой морали.
- Она смеялась, и нам было весело… - пожал плечами папа.- Должно же иногда быть просто весело. Когда-нибудь она вспомнит, как однажды вечером мы вместе дурачились, сочиняя эту историю, и нам было хорошо.
- Ну не знаю, не знаю… По-моему, ты окончательно замутил ребёнку голову! Вырастет в такого же сказочника, как ты, который не всё смотрит сквозь розовые очки.
- Это жизнь ещё замутит ей голову, столько в ней чёрного и серого…А сказки – они на то и нужны, чтобы иногда было просто весело и хорошо, без особых правил… - робко продолжил папа, но мама уже вышла из кухни со стаканом чая. Ей надо было закончить важную работу.
- Эх… - Он обернулся и молча посмотрел в окно».

- Текст: непосредственный// сборник рассказов.- Москва: Альпина Паблишер. Дети, 2024. – С.173-192.
«И тут я увидел золотошар. На самом деле этот цветок называется рудбекия – такой золотой шар на высокой ножке, выше меня. Такие цветы растут у Чижевских на даче. Но я увидел его прямо сейчас – у ворот чужого садика, среди зимы. Реально, конечно, никаких цветов там нет, мне показалось. Я просто увидел боковым зрением что-то жёлтое – и так сложилось в моей голове, будто это золотошар. Стараюсь не смотреть туда прямо, чтобы не увидеть, что там на самом деле. Не смотреть. Нет, ну как!».
«Вечером я иду в музыкалку с жёлтым чехлом. Он получился какой-то кривой, но на скрипичный футляр налез и в качестве эксперимента подойдёт. Прохожу мимо полицейского. Что-то их много стало на улицах – обычно я стараюсь обходить, но тут специально иду к нему – эксперимент же. Он на меня посмотрел. Увидел скрипку - и…
Ничего не сказал. Я пока не знаю, считать ли эксперимент успешным. Один человек – это ещё ничего, это только начало. Но, может, Федя прав – цвет работает? Может, в нашем мире просто не хватает жёлтого цвета?   И мы просто добавили его, совсем чуть-чуть. Наверное, скоро всё станет немного лучше, потому что скоро весна. Надо только узнать, можно ли посадить возле дома золотошар».

- Текст: непосредственный// сборник рассказов.- Москва: Альпина Паблишер. Дети, 2024. – С.153-172.
«Налетел ветер и вырвал из рук чипсовый пакет. Отец подпрыгнул, попытался схватить пакет, но не вышло. Шурша и цепляясь за ветки сосен, пакет летел над лесом, как экзотическая птица.
- Жалко, - вздохнул отец, провожая его взглядом.
«А меня?» - закричал мысленно Тимофей.
Но вслух так ничего и не сказал. Он вообще больше никогда ничего не сказал отцу. К телефону не подходил, даже если мама просила. Просто качал головой и уходил к себе, плотно закрыв дверь. На сообщения в ватсапе не отвечал. У него теперь всегда был один чат, где копились сообщения. Их было уже больше ста, и Тимофей их не просматривал. Наверно, было бы проще заблокировать отца и не думать. Но почему-то не получалось. А мама общалась с ним. Что-то рассказывала, чем-то делилась. Они учились «дружить после развода». Так они это называли. Довольно тошнотворно».
«Тимофей поднялся, подошёл к ней.
- Евгения Яковлевна! Вот…
Он протянул ей рисунок.
Пару секунд она молча рассматривала озеро и лист.
- Дорисовал?
- Скорее стёр.
- Хорошо, - вдруг кивнула она, - идея есть.
Тимофей уставился на одинокий лист.
- Да, идея хороша, - повторила Евгения Яковлевна, - две души стремятся друг к другу, но разделены озером. У них есть лист. Как мостик, да? Но воспользуются ли они этим мостиком? Вряд ли…
И с усмешкой добавила:
- Прямо как я с отцом. В детстве, конечно.
Тимофей удивлённо посмотрел на неё и впервые увидел, что рукав её белоснежного платья всё-таки немного запачкан углём.
- А сейчас? – спросил он, затаив дыхание.
- А сейчас его нет, - отрывисто сказала Евгения Яковлевна. – Правда, перед уходом мы успели с ним помириться. Но жизнь прошла без него. Так уж вышло».

- Текст: непосредственный// сборник рассказов.- Москва: Альпина Паблишер. Дети, 2024. – С.97-114.
«Морская Владычица объяснила Лесной Колдунье и Принцессе правила волшебства (нам их знать не положено). Девушки встали на границе трёх миров – людей, эльфов и русалок, - взялись за Золотой венец, прочитали заклинание и направили венец в небо – чтобы сила трёх стихий (воды, земли и воздуха) объединилась, а золотой луч пронзил тучи и остановил грозу. Небо загрохотало новыми раскатами, молнии сверкали рядом, их отбивала трезубцами морская стража. И вот наконец волшебные слова подействовали: из центра Золотого венца пробился яркий луч, взметнулся до самого неба и разрезал тучи, словно пирог. Через мгновение в прорехе стало видно солнце, а затем тучи начали рваться, уменьшаться, ливень прекратился, и над холмом, на котором стояли три прекрасные владычицы стихий, появилась яркая радуга.
Принцесса обняла Колдунью и Морскую Владычицу и поблагодарила их за помощь. Колдунья поклонилась и молча пошла в Синий Лес, где теперь было вдоволь воды. Морская Владычица вернула Золотой венец на изумрудные локоны и взяла в свои холодные руки ладони Принцессы.
- Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, приди и попроси! Никогда не обманывай, всегда есть несколько путей, а золотой из них – честный».

- Текст: непосредственный// сборник рассказов.- Москва: Альпина Паблишер. Дети, 2024. – С.97-114.
«А мне грустно стало. Так грустно, что я в школе Ольге пожаловался. И на родителей Андрюши, и на синие кирпичи, и на то, что всю неделю никак выспаться не мог, и карту школьную потерял, а её сто лет восстанавливать, и пришлось у родителей денег на метро просить…
И тогда Оля мне рассказала про синий понедельник. Последний понедельник января – самый грустный день в году. Никто этого всерьёз не доказал, но какой-то английский психолог даже целую формулу придумал, по которой в этот день и погода самая плохая, и солнечного света почти нет, и деньги заканчиваются, и праздники уже далеко, и совсем ничего делать не хочется, а делать надо прямо всё! Вот как у меня.
Я спросил Олю: что ж делать? А она ответила: «Пойдём шоколадного печенья купим. Я угощаю». И угостила».

- Текст: непосредственный// сборник рассказов .- Москва: Альпина Паблишер. Дети, 2024. – С.7-44.
«-Ну всё, иди! – сказала Зиль.
- Спасибо. А что это?
- Это тюльник, ты что, их не видел?
- Нет.- Семён посмотрел на камешек. Он был прозрачным, а внутри не его бился сиреневый огонёк.- Красивый.
- Его надо кормить, класть на солнце, - объяснила Зиль.- А он сможет делать всякое, что захочешь. Чем дольше пролежит на солнце, тем больше сможет.
- В смысле – всякое?
- Ну, что хочешь… - Зиль замялась, цапнула тюльник, повертела его в воздухе, и в ладонь ей выпали две капсулы, переливающиеся всеми цветами радуги. Одну Зиль тут же засунула в рот, вторую протянула Семёну.
- Это сладкое, - сказала она. Семён осторожно прикусил капсулу и зажмурился от удовольствия. Потом цапнул камешек и положил его в карман.
- И сколько их там?
Зиль пожала плечами – мол, сколько хочешь.
- Спасибо, - сказал мальчик с чувством, - вот это я понимаю, подарок! Не то что там 3D-ручка какая-то».

- Текст: непосредственный// сборник рассказов. Вып 15. - Москва: Волчок, 2025.- С.59-66.
«На остановке меня встречал … Никифоров.
На его темной бороде сидели снежинки. На его шее висел мой старый длинный клетчатый шарф.
– Кир, ничего, что я в твоём? – смущенно спросил Никифоров, – шарф на работе
забыл, а этот вывалился мне в руки, когда я в шкаф полез.
– Не, – ответил я. Этот шарф я носил в начальной школе и вообще забыл о его
существовании.
– Мама Родиона укладывает, я решил сам тебя встретить. Как спектакль?
Понравился?
– Я бы сам дошел, – выдохнул я куда-то в горловину куртки.
Никифоров вдруг снял шарф.
– А давай мы вместе им укутаемся? Как раньше, помнишь?
Я вспомнил это слово – «укутаемся». Такое уютное и тихое слово, которое я не
слышал очень давно. Через это слово я почувствовал, как улыбался Никифоров. По-

- Текст: непосредственный// сборник рассказов. Вып 15. - Москва: Волчок, 2025.- С.53-58.
«Ба, а ты помнишь? Я сижу у кровати, и по занавескам идут блики — машины с
улицы фарами светят? И имена в книге сложные, иностранные, я запинаюсь, смеюсь, ты
тоже смеёшься, кашляешь так, что под тобой трясётся подушка, а на моём мобильном три
пропущенных, но пусть ждут, отвечу позже. И мы гадаем, кто убийца. А на последнюю страницу не заглядываем. И спустя пару глав мой голос начинает дрожать, а ты уже посапываешь во сне. И сигналит сердитым воплем чайки, отходя от остановки, последний дачный автобус. Ба, ты же помнишь, ты…