Про авторов
Горолевич Юлия Ворожейкина Евгения Литоренко Алла Пивоварчик Наталья Вершинина Лия Ефимова-Соколова Ольга Ива Юлия Данилов Егор Швецова Мария Почуфарова Марина Соя Антон Филиппенко Валя Чернышова Евгения Ванякина Асия Строкина Анастасия Ремез Софья Олейников Алексей Ая эН Лишина Ольга Зиненко Николай Серова Ольга Горницкая Любава Леднёва Светлана Антонова Анастасия Антошкина Дарья Морозовская Анастасия Гречина Валерия Иванова Юлия Каграманова Екатерина Данилова Ирина Летт Яна Фетисов Егор Ушенина Мария Бутенко Ирина Комарова Ксения Бордон Екатерина Назаркин Николай Ищенко Дмитрий Занадворова Анна Песочинская Наталья Симбирская Юлия Перлова Евгения Овчинникова Евгения Минаев Борис Немеш Ева Жатин Сергей Дорофеев Александр Дегтёва Валентина Григорьева Елена Артёмкина Дина Фикс Ольга Игнатова Анна Никитинский Юрий Лукашкина Маша Закрученко Мария Варденбург Дарья Драгунская Ксения Востоков Станислав Романовская Лариса Богатырёва Ирина Лукьянова Ирина Кузнецова Юлия Кравченко Ася Исаева Екатерина Зайцева Александра Гербек Дина Фиш Мария Сандлер Маша Пегов Михаил Сиротин Дмитрий Зартайская Ирина Метревели Елена Басова Евгения Малышева Антонина Волкова Наталия Веркин Эдуард Сазонова Ольга Лукьянов Алексей Красник Кирилл Ключарева Наталья Ионина Мария Ляхович Артем Дашевская Нина Ботева Мария Асланова Юлия Агапина Мария Доцук ДарьяСборники автора
Пивоварчик Наталья
«Наталья Пивоварчик - автор современной веселой сказки "Семен-богатырь". Вот что Наташа рассказала о себе:
"Я родилась в маленьком северном городке – Ханты-Мансийске. Сейчас он современный и очень красивый. А в моем детстве из красот там были только снег зимой да тайга. Поэтому приходилось много фантазировать и воображать. Обычно сказки я сочиняла по дороге в школу и из школы домой. С ними было не страшно идти в темноте по улице без дороги и тротуаров, где на всём пути встречался только один фонарь. И в своих сказках я всегда была бесстрашной главной героиней, которая не боится ни темноты, ни хулиганов, ни ледяного ветра, сбивающего с ног.
Все дети хотят попасть в сказку. У меня четыре ребенка и каждого хочется отправить туда, как в космос. Я пишу для них и вместе с ними, а потом наши истории разлетаются, как птицы. Их подхватывают другие мальчишки и девчонки. И это большое счастье!
Смешные истории про Семёна-богатыря и Змея Горыныча мы сочиняли перед сном. Это было сомнительное занятие, потому что хохот стоял такой, что и соседи не могли уснуть. Я совершенно не умею укладывать детей спать. Но зато истории набрались на целую книгу. И вот теперь она выходит в издательстве «Антология». Для меня это настоящее чудо!» («Антология»).
"Я родилась в маленьком северном городке – Ханты-Мансийске. Сейчас он современный и очень красивый. А в моем детстве из красот там были только снег зимой да тайга. Поэтому приходилось много фантазировать и воображать. Обычно сказки я сочиняла по дороге в школу и из школы домой. С ними было не страшно идти в темноте по улице без дороги и тротуаров, где на всём пути встречался только один фонарь. И в своих сказках я всегда была бесстрашной главной героиней, которая не боится ни темноты, ни хулиганов, ни ледяного ветра, сбивающего с ног.
Все дети хотят попасть в сказку. У меня четыре ребенка и каждого хочется отправить туда, как в космос. Я пишу для них и вместе с ними, а потом наши истории разлетаются, как птицы. Их подхватывают другие мальчишки и девчонки. И это большое счастье!
Смешные истории про Семёна-богатыря и Змея Горыныча мы сочиняли перед сном. Это было сомнительное занятие, потому что хохот стоял такой, что и соседи не могли уснуть. Я совершенно не умею укладывать детей спать. Но зато истории набрались на целую книгу. И вот теперь она выходит в издательстве «Антология». Для меня это настоящее чудо!» («Антология»).
Рассказы автора
Пивоварчик Наталья.
Чайка-трещина
//
Кто я? Зачем я?
:
-Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. – С. 190-217.
«Вообще, Димка ненавидел лето. Каждое. Уже четыре года. С тех пор как отец перед школьными летними каникулами, когда они собирались всей семьёй ехать на море, сказал, что никуда не поедет. Собрал вещи и ушёл. Насовсем. Мир раскололся. Вдребезги. Старший брат Стас тогда тоже уехал из дома – поступил в институт. И они с мамой остались вдвоём. Собирать осколки и как-то жить дальше.
В те страшные дни над его кроватью треснул потолок. Отец бы быстро поправил, но мама ходила потерянная, с опущенной головой и красными глазами и ничего не замечала. Димка каждый день, когда засыпал и просыпался, смотрел на трещину над головой и плакал. Потом она стала его бесить. Но постепенно боль притуплялась. И он привык к трещине, как и к тому, что папы больше нет с ними. Димка думал: «После раны на теле остаётся шрам. На душе значит тоже». Он представлял, что эта трещина на потолке – шрам в его душе. Который уже почти не болел, но не давал забыть. У мамы тоже остались шрамы – две глубокие морщины на лбу, между бровями. И мелкие морщинки в уголках глаз и губ. От этого её лицо навсегда стало немного грустным. Даже когда она улыбалась».
«Вообще, Димка ненавидел лето. Каждое. Уже четыре года. С тех пор как отец перед школьными летними каникулами, когда они собирались всей семьёй ехать на море, сказал, что никуда не поедет. Собрал вещи и ушёл. Насовсем. Мир раскололся. Вдребезги. Старший брат Стас тогда тоже уехал из дома – поступил в институт. И они с мамой остались вдвоём. Собирать осколки и как-то жить дальше.
В те страшные дни над его кроватью треснул потолок. Отец бы быстро поправил, но мама ходила потерянная, с опущенной головой и красными глазами и ничего не замечала. Димка каждый день, когда засыпал и просыпался, смотрел на трещину над головой и плакал. Потом она стала его бесить. Но постепенно боль притуплялась. И он привык к трещине, как и к тому, что папы больше нет с ними. Димка думал: «После раны на теле остаётся шрам. На душе значит тоже». Он представлял, что эта трещина на потолке – шрам в его душе. Который уже почти не болел, но не давал забыть. У мамы тоже остались шрамы – две глубокие морщины на лбу, между бровями. И мелкие морщинки в уголках глаз и губ. От этого её лицо навсегда стало немного грустным. Даже когда она улыбалась».