Про авторов
Горолевич Юлия Ворожейкина Евгения Литоренко Алла Пивоварчик Наталья Вершинина Лия Ефимова-Соколова Ольга Ива Юлия Данилов Егор Швецова Мария Почуфарова Марина Соя Антон Филиппенко Валя Чернышова Евгения Ванякина Асия Строкина Анастасия Ремез Софья Олейников Алексей Ая эН Лишина Ольга Зиненко Николай Серова Ольга Горницкая Любава Леднёва Светлана Антонова Анастасия Антошкина Дарья Морозовская Анастасия Гречина Валерия Иванова Юлия Каграманова Екатерина Данилова Ирина Летт Яна Фетисов Егор Ушенина Мария Бутенко Ирина Комарова Ксения Бордон Екатерина Назаркин Николай Ищенко Дмитрий Занадворова Анна Песочинская Наталья Симбирская Юлия Перлова Евгения Овчинникова Евгения Минаев Борис Немеш Ева Жатин Сергей Дорофеев Александр Дегтёва Валентина Григорьева Елена Артёмкина Дина Фикс Ольга Игнатова Анна Никитинский Юрий Лукашкина Маша Закрученко Мария Варденбург Дарья Драгунская Ксения Востоков Станислав Романовская Лариса Богатырёва Ирина Лукьянова Ирина Кузнецова Юлия Кравченко Ася Исаева Екатерина Зайцева Александра Гербек Дина Фиш Мария Сандлер Маша Пегов Михаил Сиротин Дмитрий Зартайская Ирина Метревели Елена Басова Евгения Малышева Антонина Волкова Наталия Веркин Эдуард Сазонова Ольга Лукьянов Алексей Красник Кирилл Ключарева Наталья Ионина Мария Ляхович Артем Дашевская Нина Ботева Мария Асланова Юлия Агапина Мария Доцук Дарья"Кто я? Зачем я?"
Кто я? Зачем я? : сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. - 352 с. - (Современная проза). – Текст: непосредственный.
«Через истории разных героев сборник затрагивает вечные вопросы самоопределения: как понять, кто ты есть, в чём твоё предназначение, как найти своё место среди других. Ключевой вопрос, заданный в заглавии, лейтмотивом проходит через все рассказы: «Как может в одном человеке сочетаться прекрасное с ужасным? Каждый рассказ — это отдельная жизненная ситуация, показанная глазами подростка. В книге поднимаются такие темы, как:
- конфликты с родителями и сверстниками;
- первые романтические чувства;
- поиск увлечений и талантов;
- столкновение с несправедливостью и моральный выбор;
- принятие собственных ошибок и прощение других.».
Рассказы различаются по настроению: среди них есть лирические, трагичные и наполненные добрым юмором. Писательница Тамара Крюкова в своём отзыве отметила, что от каждой истории «исходит свет», и они помогают «заглянуть в души тех, кто рядом, чтобы понять, принять, простить или самому попросить прощения». Авторы избегают нравоучений и шаблонов, показывая жизнь такой, какая она есть: с её сложностями, противоречиями и надеждами» («biblio.ukmpi.ru»).
«Через истории разных героев сборник затрагивает вечные вопросы самоопределения: как понять, кто ты есть, в чём твоё предназначение, как найти своё место среди других. Ключевой вопрос, заданный в заглавии, лейтмотивом проходит через все рассказы: «Как может в одном человеке сочетаться прекрасное с ужасным? Каждый рассказ — это отдельная жизненная ситуация, показанная глазами подростка. В книге поднимаются такие темы, как:
- конфликты с родителями и сверстниками;
- первые романтические чувства;
- поиск увлечений и талантов;
- столкновение с несправедливостью и моральный выбор;
- принятие собственных ошибок и прощение других.».
Рассказы различаются по настроению: среди них есть лирические, трагичные и наполненные добрым юмором. Писательница Тамара Крюкова в своём отзыве отметила, что от каждой истории «исходит свет», и они помогают «заглянуть в души тех, кто рядом, чтобы понять, принять, простить или самому попросить прощения». Авторы избегают нравоучений и шаблонов, показывая жизнь такой, какая она есть: с её сложностями, противоречиями и надеждами» («biblio.ukmpi.ru»).
Рассказы из сборника
-Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. – С.11 – 48.
«Надо отдать (деньги). С Натусей потом поговорю, для неё сейчас важно всеобщее внимание. Маме скажу, что потеряла. Да и если мальчику помогу, тоже хорошо. Светке пока ничего не стану рассказывать. Или не отдавать? Натуся сама виновата, что скрыла всё от нас. Мама рассчитывает на эти деньги, и я тоже. Но Натуся расцвела, и мальчик не будет хромать. Отдам...
Я направилась в парк. У кортов стояли Никита и его брать. Мне кажется, они не испытывали никаких мук совести. Никита пялился в смартфон, а его брат разглядывал свои ногти. Людей вокруг не было…
Никита всё ещё улыбался. Мне стало противно. Я развернулась и пошла к выходу из парка. Братья что-то прокричали мне вслед, но шум в голове мешал понять смысл их слов. В висках стучало, лицо горело. Мне казалось, что меня использовали».
«Надо отдать (деньги). С Натусей потом поговорю, для неё сейчас важно всеобщее внимание. Маме скажу, что потеряла. Да и если мальчику помогу, тоже хорошо. Светке пока ничего не стану рассказывать. Или не отдавать? Натуся сама виновата, что скрыла всё от нас. Мама рассчитывает на эти деньги, и я тоже. Но Натуся расцвела, и мальчик не будет хромать. Отдам...
Я направилась в парк. У кортов стояли Никита и его брать. Мне кажется, они не испытывали никаких мук совести. Никита пялился в смартфон, а его брат разглядывал свои ногти. Людей вокруг не было…
Никита всё ещё улыбался. Мне стало противно. Я развернулась и пошла к выходу из парка. Братья что-то прокричали мне вслед, но шум в голове мешал понять смысл их слов. В висках стучало, лицо горело. Мне казалось, что меня использовали».
-Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. – С. 49-71.
«-Скучаешь по маме?
Элька посмотрела на меня полными слёз глазами.
- Прости.
Элька отвернулась к стене и закрыла лицо руками. Тёплый, а потому уже бесполезный компресс съехал на подушку. Я села рядом. Какая же Элька ещё маленькая! И сколько испытаний ей еже пришлось пережить! Болезнь мамы, возможно смертельная. Отсутствие рядом отца. Необходимость жить в чужом доме, где ей никто не рад! И она, эта девочка, сумела поставить на уши моих, предотвратила то, чего я сама не сумела бы предотвратить! Даже если Серый узнает о том, что случилось сегодня – плевать!
- Твоя мама обязательно выздоровеет, Эль! Всё будет хорошо, - успокаивала я её глупыми, ничего не стоящими словами. Я плакала вместе с ней, и мне становилось легче.
Элька, прости меня! Как хорошо, что у меня есть сестра!».
«-Скучаешь по маме?
Элька посмотрела на меня полными слёз глазами.
- Прости.
Элька отвернулась к стене и закрыла лицо руками. Тёплый, а потому уже бесполезный компресс съехал на подушку. Я села рядом. Какая же Элька ещё маленькая! И сколько испытаний ей еже пришлось пережить! Болезнь мамы, возможно смертельная. Отсутствие рядом отца. Необходимость жить в чужом доме, где ей никто не рад! И она, эта девочка, сумела поставить на уши моих, предотвратила то, чего я сама не сумела бы предотвратить! Даже если Серый узнает о том, что случилось сегодня – плевать!
- Твоя мама обязательно выздоровеет, Эль! Всё будет хорошо, - успокаивала я её глупыми, ничего не стоящими словами. Я плакала вместе с ней, и мне становилось легче.
Элька, прости меня! Как хорошо, что у меня есть сестра!».
-Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. – С. 72-93.
«Юля побежала к щенку. Не глядя на автомобили, выскочила на проезжую часть. Дома никогда не держали животных, однако понять, что щенку больно, было несложно: одна из задних лап в крови и неестественно вывернута, во взгляде страх и недоумение. Не зная, что делать, Юля попыталась погладить щенка, но тот заскулил ещё сильнее».
«А кто, если не я? Пока не могу найти ему новых хозяев. Хотела дать объявление на Авито, но там только с восемнадцати лет можно, а мать слышать о щенке не хочет. Если я брошу его, он умрёт»
«Последнюю минуту третьей части концерта Юля всегда играла на пределе возможностей. Невероятная скорость пассажей требовала полного сосредоточения. Говорят, Чайковскому их помогал писать Иосиф Котек. Неудивительно, что для исполнения финала Сочинения 35 требовались высочайшее мастерство и знание инструмента. Юля знала скрипку так, словно родилась с ней в руках. Скрипка стала продолжением её тела. Дышала, вздыхала, стонала, плакала и смеялась. Была её страстью. Понимала и могла передать любые чувства. Никто больше не был способен на это, даже Антон».
«Юля заскочила в гримёрку и закрыла за собой дверь. Тяжело опёрлась о стену и едва не расплакалась. Почему никто никогда не замечает успеха? Почему каждый хочет указать на ошибки, провалы, просчёты? Она знала, что выступила не идеально. Но и не плохо. Пара неровных штрихов. Неужели это так важно, что нельзя промолчать? Она обожала выступать с оркестром. Чувствовать всю мощь и безграничную силу музыки. Сверкать в ярком свете прожекторов. Видеть, как люди на первых рядах закрывают глаза, погружаясь в созданные ею звуки. И зачем только портить этот день правдой? Да кому она нужна?»
«Юля побежала к щенку. Не глядя на автомобили, выскочила на проезжую часть. Дома никогда не держали животных, однако понять, что щенку больно, было несложно: одна из задних лап в крови и неестественно вывернута, во взгляде страх и недоумение. Не зная, что делать, Юля попыталась погладить щенка, но тот заскулил ещё сильнее».
«А кто, если не я? Пока не могу найти ему новых хозяев. Хотела дать объявление на Авито, но там только с восемнадцати лет можно, а мать слышать о щенке не хочет. Если я брошу его, он умрёт»
«Последнюю минуту третьей части концерта Юля всегда играла на пределе возможностей. Невероятная скорость пассажей требовала полного сосредоточения. Говорят, Чайковскому их помогал писать Иосиф Котек. Неудивительно, что для исполнения финала Сочинения 35 требовались высочайшее мастерство и знание инструмента. Юля знала скрипку так, словно родилась с ней в руках. Скрипка стала продолжением её тела. Дышала, вздыхала, стонала, плакала и смеялась. Была её страстью. Понимала и могла передать любые чувства. Никто больше не был способен на это, даже Антон».
«Юля заскочила в гримёрку и закрыла за собой дверь. Тяжело опёрлась о стену и едва не расплакалась. Почему никто никогда не замечает успеха? Почему каждый хочет указать на ошибки, провалы, просчёты? Она знала, что выступила не идеально. Но и не плохо. Пара неровных штрихов. Неужели это так важно, что нельзя промолчать? Она обожала выступать с оркестром. Чувствовать всю мощь и безграничную силу музыки. Сверкать в ярком свете прожекторов. Видеть, как люди на первых рядах закрывают глаза, погружаясь в созданные ею звуки. И зачем только портить этот день правдой? Да кому она нужна?»
-Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. – С.94-132.
«После восьми лет в театральной студии пора бы привыкнуть выходить на сцену, но меня всякий раз накрывает паника. Когда я маленькая тонула в бассейне, чувствовала точно такие же ужас и беспомощность. Хотя мама считает, что это подростковые закидоны и раньше я обожала выступать».
«Прежде мне доставались главные роли только в коротких сценках на школьных праздниках. А тут – постановка к юбилею школы, соберётся чуть ли не полгорода. Мама всю жизнь в красках рассказывала мне, как это круто – играть в театре. Она сама мечтала, но не срослось. И меня записала в студию ещё во втором классе. Она же была уверена, что я тоже сплю и вижу себя на сцене. Наверное, как всегда, путала меня с Асей…».
«-Ничего я не хочу сказать! Просто я видел, как отец делает проекты: не ест, не пьёт, всё время на своей волне. Сияет, если всё получается как надо. А ты на репетиции ходишь как под дулом пистолета! И сейчас какими-то заученными словами говоришь: шанс, поступление…».
«У нас странные отношения: полуфлирт-полудружба. Романов таскает мне сладости, помогает с физикой и приглашает на медляки на школьных дискотеках. Мы часто ходим вместе в кино и катаемся на роликах. Знакомые уверены, что у нас любовь. На самом деле мы ни разу не целовались. Когда остаёмся вдвоём, Кир даже не делает попытки выйти из френдзоны, ограничиваясь шутливыми обнимашками. Да ещё иногда звонко чмокает меня в щёку, так что потом звенит в ухе. Порой мне кажется, что у него есть девушка, но он почему-то прикрывается мной».
«После восьми лет в театральной студии пора бы привыкнуть выходить на сцену, но меня всякий раз накрывает паника. Когда я маленькая тонула в бассейне, чувствовала точно такие же ужас и беспомощность. Хотя мама считает, что это подростковые закидоны и раньше я обожала выступать».
«Прежде мне доставались главные роли только в коротких сценках на школьных праздниках. А тут – постановка к юбилею школы, соберётся чуть ли не полгорода. Мама всю жизнь в красках рассказывала мне, как это круто – играть в театре. Она сама мечтала, но не срослось. И меня записала в студию ещё во втором классе. Она же была уверена, что я тоже сплю и вижу себя на сцене. Наверное, как всегда, путала меня с Асей…».
«-Ничего я не хочу сказать! Просто я видел, как отец делает проекты: не ест, не пьёт, всё время на своей волне. Сияет, если всё получается как надо. А ты на репетиции ходишь как под дулом пистолета! И сейчас какими-то заученными словами говоришь: шанс, поступление…».
«У нас странные отношения: полуфлирт-полудружба. Романов таскает мне сладости, помогает с физикой и приглашает на медляки на школьных дискотеках. Мы часто ходим вместе в кино и катаемся на роликах. Знакомые уверены, что у нас любовь. На самом деле мы ни разу не целовались. Когда остаёмся вдвоём, Кир даже не делает попытки выйти из френдзоны, ограничиваясь шутливыми обнимашками. Да ещё иногда звонко чмокает меня в щёку, так что потом звенит в ухе. Порой мне кажется, что у него есть девушка, но он почему-то прикрывается мной».
-Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. – С.134-169.
«Любим мы на всём готовеньком ездить…- бурчал отец под мерное поскрипывание дворников по стеклу. Ванька старался слушать вполуха, разглядывая пробегающие у дороги плакаты. – Вот хорошо, когда машина, яхта есть – пришёл, всё чисто, дизель залит, мотор работает. Нет, я не против. Так и должно быть. Ну а ты со своей стороны что-нибудь для этого сделал? Палей о палец ударил? Единственное, что тебя просил – чаю приготовить, и то не смог.
Ванька сжал кулаки и в очередной раз поклялся себе, что с отцом больше никуда не поедет.
- А из таких вот маленьких поступков складываются большие. Сегодня ты забыл термос, а завтра паспорт потеряешь.
- А я и не жду, мой мальчик. Я предупреждаю. Скоро выше меня ростом будешь, а ведёшь себя как маленький. Никакой ответственности за свои поступки. Я за тебя думаю, куда тебе поступить, чтобы не у метро бомжевать. Мать за тебя думает, что тебе поесть и надеть. А ты о чём думаешь? Какая у тебя цель на ближайшие два года? Или опять – куда ветер вынесет? Отвечай! Я с тобой разговариваю!
- А никто не просит за меня думать! Я и сам могу!
- Посмотрим, как ты без нас проживёшь! Приползёшь просить прощения, а я ещё подумаю.
- Мне не за что прощения просить! – Ванька открыл окно, ворвавшийся ветер чуть заглушил ненавистный монолог отца.
«Жалко, что его нельзя выключить, как радио! Просто убрать звук. Достал уже!» - Ветер слегка освежил лицо, и Ванька задышал полной грудью.
- Закрой окно, тварь неблагодарная! - Отец схватил Ваньку за подбородок и повернул к себе.
Машина слегка вильнула.
- Придурок! – пробубнил Ванька, отстраняясь.
- Что ты сказал? Гадёныш, как ты с отцом разговариваешь?!»
«… - Слушай, а можно я с вами в кругосветку пойду?
- Ну… мы не сейчас прямо собираемся, - растерялся Ванька. – Тут подготовиться надо…
- Точно! На каникулах? А как готовиться – то? – Макс уселся по-турецки, облокотившись на атлас. - Маршрут прочертить?
- Во-первых, не прочертить, а проложить! – стараясь быть серьёзным, начальственным тоном сказал Ванька. – Во-вторых, если хочешь пойти, то ты должен стать идеальным матросом.
Макс слегка погрустнел.
- А что надо делать?
- Важно, чего не делать! – И, увидев непонимающий взгляд Макса, объяснил: - НЕ жаловаться на то, что промок или замёрз, или что тебе скучно!»
«Любим мы на всём готовеньком ездить…- бурчал отец под мерное поскрипывание дворников по стеклу. Ванька старался слушать вполуха, разглядывая пробегающие у дороги плакаты. – Вот хорошо, когда машина, яхта есть – пришёл, всё чисто, дизель залит, мотор работает. Нет, я не против. Так и должно быть. Ну а ты со своей стороны что-нибудь для этого сделал? Палей о палец ударил? Единственное, что тебя просил – чаю приготовить, и то не смог.
Ванька сжал кулаки и в очередной раз поклялся себе, что с отцом больше никуда не поедет.
- А из таких вот маленьких поступков складываются большие. Сегодня ты забыл термос, а завтра паспорт потеряешь.
- А я и не жду, мой мальчик. Я предупреждаю. Скоро выше меня ростом будешь, а ведёшь себя как маленький. Никакой ответственности за свои поступки. Я за тебя думаю, куда тебе поступить, чтобы не у метро бомжевать. Мать за тебя думает, что тебе поесть и надеть. А ты о чём думаешь? Какая у тебя цель на ближайшие два года? Или опять – куда ветер вынесет? Отвечай! Я с тобой разговариваю!
- А никто не просит за меня думать! Я и сам могу!
- Посмотрим, как ты без нас проживёшь! Приползёшь просить прощения, а я ещё подумаю.
- Мне не за что прощения просить! – Ванька открыл окно, ворвавшийся ветер чуть заглушил ненавистный монолог отца.
«Жалко, что его нельзя выключить, как радио! Просто убрать звук. Достал уже!» - Ветер слегка освежил лицо, и Ванька задышал полной грудью.
- Закрой окно, тварь неблагодарная! - Отец схватил Ваньку за подбородок и повернул к себе.
Машина слегка вильнула.
- Придурок! – пробубнил Ванька, отстраняясь.
- Что ты сказал? Гадёныш, как ты с отцом разговариваешь?!»
«… - Слушай, а можно я с вами в кругосветку пойду?
- Ну… мы не сейчас прямо собираемся, - растерялся Ванька. – Тут подготовиться надо…
- Точно! На каникулах? А как готовиться – то? – Макс уселся по-турецки, облокотившись на атлас. - Маршрут прочертить?
- Во-первых, не прочертить, а проложить! – стараясь быть серьёзным, начальственным тоном сказал Ванька. – Во-вторых, если хочешь пойти, то ты должен стать идеальным матросом.
Макс слегка погрустнел.
- А что надо делать?
- Важно, чего не делать! – И, увидев непонимающий взгляд Макса, объяснил: - НЕ жаловаться на то, что промок или замёрз, или что тебе скучно!»
-Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. – С. 170-189.
«У Кольки Петрова ВИЧ! Ты уже знаешь?».
«Пашка глянул на одноклассников. Уже практически все что-то читали в телефонах. Переглядывались, оборачивались к соседям. Гул нарастал. Мишки Стеблев сидел вальяжно развалясь и наблюдал. Паша видел, как ребята, почти все, оборачиваются и смотрят на Кольку, на Мишку. На Кольку. На Мишку».
«-А мы уезжаем, Паша.-Тётя Наташа ставила на стол дымящиеся кружки. - Не будет жизни нам здесь.
Пашка поднял удивлённые глаза. И тут же опустил.
- Цивилизованное общество! – Тётя Наташа села.- Психологов читает… Травма! А всё, как было в первобытное время, так и осталось. Не такой – пошёл вон из племени.
- Мам! – Колька вошёл, взял со стола кружку. – Не надо.
- Я ведь, Паша, хотела сама всё Коле рассказать. Понимала, что когда-то нужно… Он знал, что болен, что надо всю жизнь лекарства принимать, но про сам вирус… Ребёнок ещё. Я думала, попозже – всё-токи ОГЭ, время ответственное. А тут вот так… Да я… наверное, хотела, чтобы он подольше только моим оставался…».
«У Кольки Петрова ВИЧ! Ты уже знаешь?».
«Пашка глянул на одноклассников. Уже практически все что-то читали в телефонах. Переглядывались, оборачивались к соседям. Гул нарастал. Мишки Стеблев сидел вальяжно развалясь и наблюдал. Паша видел, как ребята, почти все, оборачиваются и смотрят на Кольку, на Мишку. На Кольку. На Мишку».
«-А мы уезжаем, Паша.-Тётя Наташа ставила на стол дымящиеся кружки. - Не будет жизни нам здесь.
Пашка поднял удивлённые глаза. И тут же опустил.
- Цивилизованное общество! – Тётя Наташа села.- Психологов читает… Травма! А всё, как было в первобытное время, так и осталось. Не такой – пошёл вон из племени.
- Мам! – Колька вошёл, взял со стола кружку. – Не надо.
- Я ведь, Паша, хотела сама всё Коле рассказать. Понимала, что когда-то нужно… Он знал, что болен, что надо всю жизнь лекарства принимать, но про сам вирус… Ребёнок ещё. Я думала, попозже – всё-токи ОГЭ, время ответственное. А тут вот так… Да я… наверное, хотела, чтобы он подольше только моим оставался…».
-Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. – С. 190-217.
«Вообще, Димка ненавидел лето. Каждое. Уже четыре года. С тех пор как отец перед школьными летними каникулами, когда они собирались всей семьёй ехать на море, сказал, что никуда не поедет. Собрал вещи и ушёл. Насовсем. Мир раскололся. Вдребезги. Старший брат Стас тогда тоже уехал из дома – поступил в институт. И они с мамой остались вдвоём. Собирать осколки и как-то жить дальше.
В те страшные дни над его кроватью треснул потолок. Отец бы быстро поправил, но мама ходила потерянная, с опущенной головой и красными глазами и ничего не замечала. Димка каждый день, когда засыпал и просыпался, смотрел на трещину над головой и плакал. Потом она стала его бесить. Но постепенно боль притуплялась. И он привык к трещине, как и к тому, что папы больше нет с ними. Димка думал: «После раны на теле остаётся шрам. На душе значит тоже». Он представлял, что эта трещина на потолке – шрам в его душе. Который уже почти не болел, но не давал забыть. У мамы тоже остались шрамы – две глубокие морщины на лбу, между бровями. И мелкие морщинки в уголках глаз и губ. От этого её лицо навсегда стало немного грустным. Даже когда она улыбалась».
«Вообще, Димка ненавидел лето. Каждое. Уже четыре года. С тех пор как отец перед школьными летними каникулами, когда они собирались всей семьёй ехать на море, сказал, что никуда не поедет. Собрал вещи и ушёл. Насовсем. Мир раскололся. Вдребезги. Старший брат Стас тогда тоже уехал из дома – поступил в институт. И они с мамой остались вдвоём. Собирать осколки и как-то жить дальше.
В те страшные дни над его кроватью треснул потолок. Отец бы быстро поправил, но мама ходила потерянная, с опущенной головой и красными глазами и ничего не замечала. Димка каждый день, когда засыпал и просыпался, смотрел на трещину над головой и плакал. Потом она стала его бесить. Но постепенно боль притуплялась. И он привык к трещине, как и к тому, что папы больше нет с ними. Димка думал: «После раны на теле остаётся шрам. На душе значит тоже». Он представлял, что эта трещина на потолке – шрам в его душе. Который уже почти не болел, но не давал забыть. У мамы тоже остались шрамы – две глубокие морщины на лбу, между бровями. И мелкие морщинки в уголках глаз и губ. От этого её лицо навсегда стало немного грустным. Даже когда она улыбалась».
-Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. – С. 218-248.
«С третьего класса Колька мечтал попасть именно к Грачам. Была в этих облачённых во всё чёрное, стриженных под ноль парнях какая-то необъяснимая харизма и сила.
Члены банды регулярно менялись: старшие, окончив школу, уступали место младшим».
«-Царь, царевич, король, королевич, сапожник, портной, - щурясь, выплёвывал слова Марин.- Кто. Ты. Будешь. Такой? А, Южа?!
- Человек, - тихо ответил Колька.- Я – человек. И он тоже, - Колька кивком показал на смеявшегося, как рваный воздушный шар, Чалого. – Человек человеку не враг…
- Повезёт тому утопающему, который попадётся у Южи на пути, - усмехнулся Философ, раскрывая над головой чёрный зонт.- До завтра, парни. Адьё!».
«С третьего класса Колька мечтал попасть именно к Грачам. Была в этих облачённых во всё чёрное, стриженных под ноль парнях какая-то необъяснимая харизма и сила.
Члены банды регулярно менялись: старшие, окончив школу, уступали место младшим».
«-Царь, царевич, король, королевич, сапожник, портной, - щурясь, выплёвывал слова Марин.- Кто. Ты. Будешь. Такой? А, Южа?!
- Человек, - тихо ответил Колька.- Я – человек. И он тоже, - Колька кивком показал на смеявшегося, как рваный воздушный шар, Чалого. – Человек человеку не враг…
- Повезёт тому утопающему, который попадётся у Южи на пути, - усмехнулся Философ, раскрывая над головой чёрный зонт.- До завтра, парни. Адьё!».
-Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. – С. 295-316.
«И тут Лялька наткнулась на видео. Это был репост из блога Егор. Дрожащими руками она открыла его, уже догадываясь, что там может быть. Когда они готовили сценку, Егор разговаривал голосом Николая Семёновича – явно хотел показать свой талант. И показал. А видео было нагляднее слов. Вот урок биологии – в ускоренном режиме. Ляля даже себя в классе увидела. Прибавила звук и услышала отвратительную озвучку Егора. Местами похабную и пошлую.
Полночи не спала, вела внутренние диалоги с одноклассниками, просила прощения у Николая Семёновича. Утром, не услышав будильника, проснулась за пять минут до выхода в школу. Наскоро собравшись, выбежала на мороз»
«Девятый «А» жил своей взросло-детской жизнью. Впереди у ребят была дорога в будущее и тысяча перекрёстков на ней. Как не потерять себя на этом непростом, но и увлекательном пути? Главное – оставаться человеком, знающим, «кто я» и «зачем я».
«И тут Лялька наткнулась на видео. Это был репост из блога Егор. Дрожащими руками она открыла его, уже догадываясь, что там может быть. Когда они готовили сценку, Егор разговаривал голосом Николая Семёновича – явно хотел показать свой талант. И показал. А видео было нагляднее слов. Вот урок биологии – в ускоренном режиме. Ляля даже себя в классе увидела. Прибавила звук и услышала отвратительную озвучку Егора. Местами похабную и пошлую.
Полночи не спала, вела внутренние диалоги с одноклассниками, просила прощения у Николая Семёновича. Утром, не услышав будильника, проснулась за пять минут до выхода в школу. Наскоро собравшись, выбежала на мороз»
«Девятый «А» жил своей взросло-детской жизнью. Впереди у ребят была дорога в будущее и тысяча перекрёстков на ней. Как не потерять себя на этом непростом, но и увлекательном пути? Главное – оставаться человеком, знающим, «кто я» и «зачем я».
-Текст: непосредственный// сборник рассказов. - Москва: Аквилегия-М, 2023. – С. 317-345.
«Вадим понимал, что грядущий конкурс совсем не такой, как все эти «Талисманы мелодий», олимпиады народного творчества и турниры талантов. Все предыдущие проходили словно не по-настоящему, просто так, «за идею». А этот даже и не совсем конкурс. Нет никакого красивого названия, и не надо платить взнос за участие. Просто театральная студия «Арт», самая крупная в городе, ищет в команду аккордеониста среди учеников музыкальных школ. Это будет не игрушечное первенство и не понарошечное состязание, где в конце скажут, что на самом деле победила музыка и раздадут утешительные призы участникам. Это самый настоящий кастинг, а на кону всего один приз – первая работа. С настоящей зарплатой».
«- Сынок, никогда-0никогда не будь подлецом. Никогда.
Вадик напрягся: «Откуда она знает? Юрка что ли, своей проговорился? А та моей пересказала? Капец».
- Мам, что случилось?
- Вчера я поделилась с коллегой своими идеями по одному рабочему вопросу. А сегодня он выдал их шефу за свои. Тот одобрил. И премию пообещал. Вору – премию, представляешь? Он же украл у меня победу.
Вадику стало жалко маму. С одной стороны, он хотел её отвлечь, показать, что поддерживает. А с другой – он уже не мог держать в себе то, что накопил за последние дни. И ничего лучшего не придумал, как выпалить:
- Я тоже вчера украл победу.
Ирина Андреевна замерла. И стояла не шелохнувшись, пока сын рассказывал свою историю.
- Если считаешь, что украл – отдай. – Она не шутила».
«Вадим понимал, что грядущий конкурс совсем не такой, как все эти «Талисманы мелодий», олимпиады народного творчества и турниры талантов. Все предыдущие проходили словно не по-настоящему, просто так, «за идею». А этот даже и не совсем конкурс. Нет никакого красивого названия, и не надо платить взнос за участие. Просто театральная студия «Арт», самая крупная в городе, ищет в команду аккордеониста среди учеников музыкальных школ. Это будет не игрушечное первенство и не понарошечное состязание, где в конце скажут, что на самом деле победила музыка и раздадут утешительные призы участникам. Это самый настоящий кастинг, а на кону всего один приз – первая работа. С настоящей зарплатой».
«- Сынок, никогда-0никогда не будь подлецом. Никогда.
Вадик напрягся: «Откуда она знает? Юрка что ли, своей проговорился? А та моей пересказала? Капец».
- Мам, что случилось?
- Вчера я поделилась с коллегой своими идеями по одному рабочему вопросу. А сегодня он выдал их шефу за свои. Тот одобрил. И премию пообещал. Вору – премию, представляешь? Он же украл у меня победу.
Вадику стало жалко маму. С одной стороны, он хотел её отвлечь, показать, что поддерживает. А с другой – он уже не мог держать в себе то, что накопил за последние дни. И ничего лучшего не придумал, как выпалить:
- Я тоже вчера украл победу.
Ирина Андреевна замерла. И стояла не шелохнувшись, пока сын рассказывал свою историю.
- Если считаешь, что украл – отдай. – Она не шутила».